Автор: Вадим Панов
Вадим Панов — двукратный обладатель титула «Фантаст года», а так же жанровых наград «Портал», «Звездный мост», «Басткон», «Филигрань» и многих других. Суммарный тираж всех проданных книг – больше двух миллионов экземпляров.Второй роман космического цикла с элементами стимпанка, о пассажирах погибшего корабля. Они оказались на планете, в существование которой никто не верил. И теперь лишь от них самих зависит, сумеют ли они разгадать загадки таинственного Ахадира и вернуться в огромный мир, к оплакивающим их друзьям и родным.«Как поведут себя люди, чудом выжившие после катастрофы? И оказавшиеся на необитаемой планете... И потерявшие память... Каждое из этих испытаний способно сломать любого человека или, наоборот, заставить проявить все свои способности и преодолеть их. Или ты станешь сильным, или погибнешь» – В. ПановВ великой Пустоте, сквозь которую астрологи ведут людей от звезды к звезде, нет ничего... Кроме Знаков и тайн. Кроме загадок, способных свести с ума или убить на месте. Кроме нарушения всех законов физики и строгого следования им. Пустота — это одна огромная тайна, окутывающая звёзды Герметикона. И только ей ведомо, как получилось, что пассажиры погибшего корабля оказались на планете, в существование которой никто не верил. И теперь лишь от них самих зависит, сумеют ли они разгадать загадки таинственного Ахадира и вернуться в огромный мир, к оплакивающим их друзьям и родным.
512 страницЭксмо202116+ISBN: 978-5-04-122818-7
Доставка от 185 ₽
Бесплатно от 2 000 ₽ в Екатеринбурге, от 4 000 ₽ в Москве, от 5 000 ₽ в СПб
Автор
Автобиография: Предупреждаю сразу и честно: ярких героико-романтических эпизодов в моей биографии нет. Я не служил снайпером элитного спецподразделения, не бился на баррикадах, не бродяжничал, не увлекался сектанскими проповедями, а черным поясам предпочитаю кожаные. Как говорится: что есть, то и кушайте, фантазировать о себе не люблю. Итак. Родился 15 ноября 1972 года в классической семье военного имперского образца. Папа менял гарнизоны и страны, мама перемещалась следом, я - в арьергарде. О количестве школ, которые я сменил за время учебы, историки спорят до сих пор. Родителей своих люблю и горжусь. Папа в свое время учил арабов воевать с евреями, потом оккупировал несчастных мадьяр, а в перерывах защищал завоевания социализма в Западном военном округе. На его примере я убедился, что можно, подскочив по тревоге в три часа ночи, успеть одеться и добежать (1,5 км) до казарм за шесть минут, что можно жить в двадцатиградусный мороз в обычной брезентовой палатке, и можно собрать ведро боровиков в самом "гиблом" лесу. Еще он меня научил, что главное на рыбалке - тихо посидеть с удочкой на берегу, а лучше русской бани ничего не придумано. Мама у нас контролировала домашний очаг, выучила меня писать, читать и считать. Благодаря ей, придя в первый класс я знал таблицу умножения, умел складывать и вычитать в столбик, умножать и делить трехзначные числа. На этом мое "домашнее" образование было закончено, и все дальнейшие премудрости и в школе и в институте я постигал самостоятельно. В 1983 году мы вернулись в Москву, и я, наконец-то, отучился в одной школе целых три года подряд. Кроха сын к отцу пришел и спросила кроха Что такое хорошо, и что такое плохо? Папа наш в тупик зашел, но ответить смог он: "Быть маевцем - хорошо, остальное - плохо!