Материалы для этой книги о судьбе своего прадеда Александр Макеев — руководитель Центра документации Музея истории ГУЛАГа — собирал в течение трех лет.

За это время было сделано огромное количество запросов в различные архивы России и бывших республик СССР, получены материалы следственных, административных и личных дел. Найдено большое количество фотографий и писем, казалось, утраченных навсегда.

Александру удалось найти 38 писем своего прадеда из Сиблага. Это последние письма пастора, в которых он пытается поддержать своих родных в вынужденной разлуке. Жене и детям до конца жизни не довелось узнать, что случилось и почему письма из Сиблага перестали приходить. В ходе поисков правнуку удалось выяснить настоящую причину такого молчания: Вольдемар Вагнер был расстрелян 24 сентября 1937 года.

Александру Макееву удалось также установить личности людей, непосредственно участвовавших в расстреле прадеда, всех членов расстрельной команды. Александр Макеев в своей книге не просто описывает судьбу репрессированной семьи. Он делится поисковым опытом. Благодаря этому исследованию автор сменил род деятельности, начал работать в Центре документации Музея истории ГУЛАГа и помогать тем, кто ищет информацию о репрессированных.

Автобиография (наброски). Родился я 11 июля 1963 года в г. Москве. Ну, так уж случилось. Вот уж к чему я не имел ни малейшего отношения, так это к факту своего рождения. Всё произошло не то что без моего на то согласия, но даже и без моего ведома. Меня даже не сочли нужным поставить в известность о времени, когда я появился на свет. Говорят, что где-то под утро. Но похоже на то, что точно зафиксировать час моего рождения никто не потрудился. Следующие несколько лет для меня так же погружены в пучину неведения. Факты о том, что происходило в это время весьма противоречивы, а потому я не считаю нужным их пересказывать. Первое осмысленное действие, которое я предпринял в этой жизни, — научился читать. Не помню, как именно это произошло и кто приложил руку к сему славному дару, но только сколько себя помню — всё время в руках у меня была какая-нибудь книга. Взрослые, которые всегда всё знают лучше детей, частенько предпринимали попытки лишить меня книг, используя для этого как силовые методы, так и откровенный шантаж, но судя по тому, к чему я всё же пришёл, у них из этого ничего не вышло. Первые две запомнившиеся книги, которые я прочитал сам: «Бородино» Лермонтова и «Рассказы» Уэллса. Обе — тонюсенькие книжечки. Уэллс — всего-то три рассказа: «Новейший ускоритель», «Лавка чудес» и, если не ошибаюсь, «Правда о Пайнкрафте». Примерно в том же возрасте — 4–5 лет — начал осваивать собрания сочинений, стоявшие на полках книжных шкафов в комнате моей бабушки, в которой какое-то время обитался и я. Кстати, насколько я помню, именно бабушка первой поняла, что бороться с моей тягой к книгам бесполезно. Точно так же, как бессмысленно пытаться всунуть мне в руки книгу, которую я не хотел читать. Поэтому я получил полную свободу действий в пределах трёх книжных шкафов, плотно набитых книгами.