Незаконное потребление наркотических средств, психотропных веществ, их аналогов причиняет вред здоровью, их незаконный оборот запрещен и влечет установленную законодательством ответственность.
Автор: Михаил Елизаров
Михаил Елизаров — прозаик, музыкант, автор романов «Земля», «Библиотекарь» (премия «Русский Букер») и «Pasternak», сборников рассказов «Ногти» (шорт‑лист премии Андрея Белого), «Мы вышли покурить на 17 лет» (приз читательского голосования премии «НОС»).
«„Мультики“ — самая впечатляющая метафора перестройки из тех, что я знаю. Роман‑комикс по сути являет собой классическую для русской литературы модель „романа воспитания“. Только наоборот». (Алексей Колобродов)
«— Герман! — Рот Ольги Викторовны искривился, точно она разжевала какую‑то горькую дрянь. — Ты одержим ложным представлением о дружбе и взаимовыручке. Зачем же ты ценой своего будущего выгораживаешь тех ребят, что подучили тебя делать гадости? Ты же хороший парень из интеллигентной семьи. Сам бы ты не додумался до такого!
— До чего такого?!
— До „мультиков“ ваших бесстыдных! О них рассказывать надо было!»
«Город, в котором мне предстояло жить, в десятки раз превосходил уютный зеленый Краснославск, но величина его была какая‑то раздутая и в основном достигалась за счет бесконечных многоэтажных районов, тянущихся на долгие километры. Наверное, с высоты эти двенадцати‑ или девятиэтажные дома напоминали воткнутые в землю надгробья, одинаковые, как на братских могилах. Даже само название „спальный район“ лишь усиливало ощущение какой‑то коллективной усыпальницы. Повсюду стоял удушливо‑сладковатый запах жженой резины и мазута, словно умер неодушевленный предмет, какой‑нибудь гигантский механизм с дизельным сердцем.
О „мультиках“ мы впервые услышали от Бормана где‑то в середине декабря. Мы зависали у Кули — ему досталась комната в коммуналке от умершей бабки. Были почти все наши. Мы выпивали. Боня, Шева, Тренер и я хвастались недавней успешной дракой со сто двадцать шестым микрорайоном. И вот тогда Борман, как бы между прочим, рассказал нам, что слышал про такой прикол: пацаны берут с собой на улицу девушку, под шубой она совсем голая. И девушка перед встречным мужиком на несколько секунд распахивает шубу — показывает грудь и все остальное, а сопровождающие пацаны спрашивают: „Мультики видел?“ — и поскольку мужик отказаться от увиденного не может, пацаны говорят: „А раз видел, тогда плати!“ — и тот вынужден раскошеливаться за увиденные сиськи, причем не рублем и даже не трешкой, а как минимум десяткой. И это не грабеж, ведь мужик видит сиськи и получает интересное впечатление».
272 страницыТвердая обложкаАСТ202618+ISBN: 978-5-17-123304-4
Доставка от 185 ₽
Бесплатно от 2 000 ₽ в Екатеринбурге, от 4 000 ₽ в Москве, от 5 000 ₽ в СПб
Автор
Михаил Юрьевич Елизаров - русский писатель и автор-исполнитель. Родился в заснеженном городке Ивано-Франковске 28 января 1973 г. Жил на улице Грюнвальдской 2, в коммунальной квартире номер 2. Там был мой край, мой детский рай, и другого не будет, не будет... До сих пор помню первый телефонный номер — 2-28-78. Семилетний, в марте ушел гулять утром, вернулся часам к десяти вечера. А домой не позвонил, не предупредил... Был жестоко порот отцовским ремнем. Пока пороли, приговаривали: «Два, двадцать восемь, семьдесят-восемь». Я дрался нечасто, с юности слаб на слезу, но если бил, то в этом ритме — выходило ровно четыре удара. Дальше злость выдыхалась. С девяти лет жил в Харькове. Мальчиком был нелюбим, нелюдим. Хотел овчарку, но не вымолил. Отец решил — отожмешься от пола три раза по сто раз — куплю пса. Отжимался. Дотянул до восьмидесяти и сдался. Носил ножик складной в кармане. Стеснялся новой одежды. Нарочно ее старил и портил. Свежекупленные ботинки околачивал об дерево, чтоб блеском не выделялись. Хотел умереть на войне, подорвавшись гранатой в окружении врагов. Ежедневно умирал, плакал и воскресал. А учился на тройки. В 1988 выменял в букинисте двухтомник Андерсена на томик Хармса «Полет в небеса». Забросил эпиграммы на одноклассников. Назвался поэтом и полез в кузов. Соорудил рукодельный блокнот и в него стал писать стихи. Знаменитость среди своих знакомых и среди папы и мамы — с 91 года. Более чем средне закончил среднюю школу — шесть троек и три неаттестовки. ЧУДОМ поступил в Харьковский университет на факультет филологии (произнося это крестится и удивляется, слышен колокольный звон) С февраля по май 1991 года отлучился в ряды Вооруженных сил, и благополучно вернулся на свой же курс. Окрепшим и повзрослевшим, как будто узнал недозволенное. Кое-что об этом написал в рассказе «Госпиталь». Никто на курсе и не заметил моего отсутствия.